лучший сайт где можно скачать шаблоны для dle 11.2 бесплатно

Поделиться счастьем рады!

Поделиться счастьем рады!


«Спасибо большое, Альфиюша! Пирог удался!» - Минихан Мингалеевич с улыбкой посмотрел на супругу, Альфию Шайхулловну. С удовольствием соглашаюсь: «Очень, очень удался! А этот чай с травами и молоком просто чудо!» За этим-то татарским чаем и состоялось наше знакомство с замечательной парой творческих людей, у которых сегодня, к слову, небольшой праздник - день рождения семьи.




…Говорят, картины художника – это зеркало его души. Посмотри на них внимательно, и дано будет тебе приблизиться к помыслам и рассуждениям человека, их сотворившего. Тишина, покой, безмятежность, царящие на картинах Минихана Мингалеевича Сидикова, лучше всяких слов говорят нам о его скромности и мирном сердце. А вот тщательно и с большой любовью прописанные детали, без сомнения, укажут на то, что этому мирному сердцу так дорого. Дорого же ему всё бессуетное, простое и понятное: медленно несущая воды небольшая речка, обвивающая родные сибирские берега, телега с деревянной бочкой, в которой водица речная не расплещется, потемневший от времени дом из кругляка… «Это всё моё, родное», - словно говорит нам своей живописью художник. И мы верим.





…Глухой деревушки Захаровки всего-то о двадцати домах в Казачинском районе, где родился Минихан, уже и не сыщешь. Это было, как теперь говорят, компактное татарское поселение, а потому и разговаривали, и в начальной школе учились здесь на родном татарском языке, правда, в перечень обязательных предметов входил и русский язык. Ближайшая семилетка была в соседней Дудовке: путь к ней напрямик через лес километров около десяти был. До сих пор помнит Минихан Мингалеевич, как сажали гурьбой ребятню в сани, запряжённые лошадьми; как снег из-под копыт летел прямо в разрумянившиеся от крепкого мороза ребячьи лица. Целую учебную неделю затем приходилось  жить в интернате. Минихан тогда и не подозревал, что потом в этом самом интернате будет работать. И в школе этой тоже. Он станет сельским учителем на долгие сорок лет.

А в те далёкие годы он просто любил рисовать. Очень любил. Заметили его талант и в школе. Да так заметили, что способность к рисованию поставила под угрозу успеваемость по другим предметам: мальчика настолько часто просили что-то написать или нарисовать для школы, снимая при этом с уроков, что он стал почти штатным художником-оформителем.  Нужно ли говорить, что ещё в школе он твёрдо решил поступать в художественное училище. Именно эта решительность и помогла ему достичь цели: в художественное училище им. В.И. Сурикова Минихан поступит только с третьей попытки.
«Конкурс был пять человек на место», - вспоминает Минихан Мингалеевич. Первый раз он отправился в Красноярск после окончания 8-го класса вместе со своим учителем, который взял с собой самые лучшие работы юноши. Следующая попытка состоялась уже после 10-го класса. Но для того чтобы поступить в училище, нужно было   иметь художественную подготовку. А у Минихана её не было. Зато была неудержимая любовь к рисованию, стремление к своей мечте, усердие и трудолюбие. Был к тому же и вдохновляющий пример самого Сурикова: ему тоже удалось поступить в академию не с первого раза. Не умевшим рисовать гипс в академию дороги не было. Но он научился и поступил. Научился и Минихан.
Отслужив два года в погранвойсках, он вернулся на время в родную школу. Здесь его с радостью приняли в качестве учителя физкультуры. А он всё мечтал преподавать рисование. 


Переехал в Красноярск, чтобы ближе к училищу быть, устроился работать в газоспасательную службу целлюлозно-бумажного комбината. Днём работал, а по вечерам бежал на занятия в художественную школу при суриковском училище. Вскоре из-за этой учёбы пришлось менять работу: на прежней из-за посменного графика приходилось часто пропускать занятия. Но главным-то в жизни Минихана были именно эти уроки, которые шаг за шагом приближали его к поставленной цели: стать студентом Суриковского. В итоге в июне все вступительные экзамены были сданы на «четвёрки». Из трёх отделений училища - живописно-педагогического, театрального и декоративно-прикладного - Минихан выбрал первое. Он знал, как трудно деревенским ребятишкам пробиваться в жизни, как сложно в сельских школах обстоят дела с учителями, и мечтал сделать для своей маленькой деревни всё, что окажется в его силах. 

Под конец обучения Минихан начал задумываться, как бы попасть именно в свой родной Казачинский район. Приглашения ждать было неоткуда, ведь в районе даже художественной школы не было. Пришлось и здесь пробиваться самостоятельно. И вот в один из выходных дней старшекурсник приехал в Казачинский райком комсомола. Там обрадовались: мол, нам такие люди нужны. Персональная заявка на педагога-художника была оформлена. Однако художественную школу открыть так и не удалось: планы района это не предусматривали. А вот открыть при музыкальной школе художественное отделение… Так это же совсем другое дело! Уже совсем скоро молодой учитель будет днём работать в общеобразовательной школе, а по вечерам – в школе искусств. Его мечта сбылась. Теперь он учитель рисования.
Правда, преподавать ему время от времени приходилось ещё пение (пригодилось умение играть на баяне и природный слух) и труды вести у мальчиков и девочек. Сейчас вспоминает он, как в трудные 90-е годы занятия в мастерских помогали ребятам заработать своим трудом: в небольшом магазинчике тогда продавались толкушки, скалки, разделочные доски с городецкой росписью, табуретки и лопаты для уборки снега. Так, сельский учитель не только прекрасному детей учил, но и, кажется, самой жизни, прививая любовь к труду, любовь к родной земле, своим примером на деле показывая, что терпение и труд всё перетрут.
Через некоторое время Минихан Мингалеевич переехал в Пировский район: того потребовали семейные обстоятельства. И снова всё с нуля: сельская школа, художественное отделение в музыкальной школе… Учителем рисования Минихан Мингалеевич проработал с 1977-го по 2016-й год. Несколько его учеников, в том числе и его дочь, уже окончили художественно-графическое отделение Енисейского педагогического колледжа. Сам же он, выйдя на заслуженную пенсию и переехав жить в Енисейск, решил попробовать заняться творчеством, ведь прежде для этого у него совершенно не было времени. Да и задача у художника-преподавателя была другая: научить детей ценить красоту этого мира.

«Нужно   попробовать. Иди к своей мечте», - сказала как-то, видя его нерешительность, супруга. Они вместе проехали по городу, подметив подходящие места для будущего пленэра. Вскоре их небольшая квартира превратилась в мастерскую: Минихан Мингалеевич работает над своими картинами, Альфия Шайхулловна рядышком расписывает берестяные туеса и деревянные тарелочки. Сибирские сувениры с её рисунками давно уже радуют гостей нашего города и их друзей. Это и заработок, и возможность прославить свой родной город, считает мастерица.





Заниматься творчеством ей хотелось всегда: ещё девчонкой мечталось создавать красивые наряды. Но так вышло, что её работа всегда была очень далека от творчества: отдел кадров и бухгалтерия  в Нижне-Енисейской сплавной конторе, общепите, затем в Хабаровском краевом отделе инкассации. Но разве можно заглушить, утихомирить желание творить, когда оно так и бушует в душе? Так появились блокнотики с зарисовками: вот в обеденный перерыв карандашиком фиалку зарисовала, вот листочек красивый заприметила. Вскоре это желание запечатлеть всё красивое поможет Альфие изменить привычный ритм жизни. Впрочем, причиной перемен послужило прежде всего перестроечное время: тогда многим приходилось начинать всё с самого начала, осваивая новые профессии и ремёсла. Женщине было уже 40 лет, когда пришлось обращаться в Центр занятости, чтобы найти работу. Кто же знал, что именно так начнёт сбываться её детская мечта создавать красивую одежду?
Батик! Само слово это, казалось, несло в себе что-то нежное, тонкое, акварельное! Учиться искусству батика и отправилась Альфия на курсы в Красноярск. На дворе стоял 2000-й год. Время обнуления и начало нового отсчёта.

Она смогла, она справилась. Справилась и с тем обстоятельством, когда с уже созданными платьями, блузами, сарафанами и шарфиками приходилось стучаться в двери кабинетов, ходить по предприятиям, предлагая купить свой труд. Большой перелом для тех, чья жизнь была отлажена, а работа стабильна. И такой перелом в те годы испытывали очень и очень многие. Постепенно у мастерицы стали появляться заказы. Вдохновение она черпала, всматриваясь в природу и красоту родного Енисейска. Теперь храмы и памятники архитектуры города, нарисованные рукой супруга, Альфия Шайхулловна выводит тонкой кистью на бересте. «В роспись нужно душу вкладывать, всё её тепло. Если сегодня душа не поёт, нечего и за кисть браться! Люди тонко чувствуют настроение мастера, беря в руки его изделие», - уверена она.

Кстати, именно женщина в доме отвечает и за уют, и за создание условий для успешности супруга, убеждена Альфия Шайхулловна. В их доме всегда рады гостям, а на их столе практически всегда присутствуют блюда из татарской кухни. «А как же! Мы ведь с детства помним и бабушкины эчпочмаки, и суп с домашней лапшой, и перемячики. Бэлиш, вот как сегодня, стараемся для гостей испечь. У меня и книжка «Блюда татарской кухни» практически настольная». В руках хозяйки появляется книга выпуска 1961 года с множеством закладок. Так вот они, любимые рецепты этой семьи!







«Мама моя родом из деревни Инся (недалеко от Казани), которой и нет уже давно, - рассказывает хозяюшка, подливая мне в чашку ароматный чай и предлагая ещё один кусок изумительного сладкого бэлиша. – По большей части татарские семьи сюда привела столыпинская реформа. Кто-то, как моя мама, оказался здесь во время войны. А предки Минихана попали сюда как переселенцы: в Пировском районе им выделили землю в деревне Шумбаш, где они целый год прожили в землянке, после чего решили отправить одного человека от семьи на разведку в Казачинский район, чтобы подыскать более подходящее для житья место. У бабушки было 10 детей, в живых осталось пятеро: с голоду умирали и от болезней. Тяжёлая жизнь была. Гнус одолевал. Стоять на месте было невозможно, полные глаза набивались, все искусанные были  паутом, комарами, мошкой. От одного вида всего этого насекомого кошмара людей в дрожь бросало. Были мысли и отступиться, домой вернуться. Но это невозможно было. Потом уж сетки приспособились носить. А вскоре и дёготь научились готовить в глубоких земляных ямах: натирали себе руки и лицо, да и скот весь вымазывали. Так и привыкли постепенно. А мне самой лет пять от роду было, когда вместе с мамой, бабушкой и дедушкой мы отправились на нашу историческую родину, под Казань…»

Тогда пятилетней Альфие показались очень скудными бревенчатые избы, в которых мылись стены и натирались песком полы. Для приехавших из Сибири, где почти у всех к тому времени своё хозяйство было, разница в жизненном укладе уж очень очевидна была. Для сибиряков, как для самых дорогих гостей, родственники позволили себе забить курицу, чтобы приготовить традиционный суп с лапшой. «Ребятишки бегают, на татарском языке говорят, что тоже супчика хотят. Я не понимаю их, у мамы переспрашиваю. А они не понимают меня. С ними я родному языку и научилась. Читать же на татарском языке училась по письмам, которые приходили из той казанской деревни. Мы и дома говорим на татарском, чтобы родной язык был всегда в обиходе». 




Их многое объединяет: мусульманская вера, традиции народа, к которому они принадлежат, любовь к искусству, делающая людей вокруг хоть немного да счастливее. А чтобы было чем делиться, нужно это сначала взрастить. Вот и трудятся Минихан Мингалеевич и Альфия Шайхулловна над счастьем в семье своей: пусть растёт да укрепляется, будет чем поделиться.

Оксана ВЛАСОВА
Фото автора и из семейного архива 
Получать новости газеты Енисейская правда на Email
рейтинг новости: 
  • Нравится
  • 2
КОММЕНТИРОВАТЬ
Популярный ролик
Опрос
Реклама
Мы в соцсетях
-----